Дядя Альфред снова прокашлялся и нервно заерзал на стуле.

— Элизабет, дорогая, мы хотим устроить сегодня вечером небольшую вечеринку по поводу твоего дня рождения и отметить его как следует. Вначале у нас будет праздничный обед, а затем отправимся в театр. Ну, что скажешь? Как тебе наша программа?

— Да, я очень рада, дядя Альфред! — с трудом выдавила она из себя.

— Почему ты не переодеваешься, Элизабет? — нетерпеливо спросила тетя Августа. — Я решила отдать тебе Мэри, она будет твоей личной служанкой. Я знаю, ты подумала, будто мы уволили ее из-за … неприятности на прошлой неделе, но мы поняли, что совершили крупную ошибку. Мы знаем, что ты весьма симпатизируешь ей. Сейчас она ждет тебя в твоей комнате, чтобы помочь переодеться.

Ощущение нереальности нарастало. Но с другой стороны, в ее руках находилась мягкая ткань шелкового платья, а это уже была реальность.

— Благодарю вас, — тихо пробормотала Чонси и вышла из гостиной, с трудом переставляя ноги.

Мэри действительно ждала ее в спальне, что было еще одним доказательством того, что это не сон.

— Я тоже ничего не могу понять, мисс, — откровенно призналась служанка, помогая Чонси надевать только что подаренное тетей платье. — Когда в агентстве сообщили, что я должна вернуться на работу в этот дом, я чуть было язык не проглотила от неожиданности! Ведь они уволили меня безо всякой рекомендации и только за то, что я попыталась помочь вам встретиться с адвокатом вашего покойного отца, ничего не сказав этой старой ведьме. — Мэри замолчала и сокрушенно покачала головой. — Естественно, этот сплетник Кранке все пронюхал и донес на меня хозяйке. Если бы вы знали, какую сцену она мне закатила! Никогда не думала, что она может так изощренно ругаться.

Чонси вздрогнула, вспомнив безобразную сцену, которую ей пришлось выдержать по возвращении из конторы дяди Пола.